Бить правильно

Владение тем или иным видом боевых искусств — явление, распространенное сегодня не только в крупных городах Поволжья. Кроме ярких, но все же малопонятных восточных единоборств есть и многообразный отечественный рукопашный бой. В тени азиатской экзотики он не только выжил, но и, можно сказать, нарастил мускулы.

В самарской бригаде спецназа Главного разведывательного управления (ГРУ) РФ подготовка личного состава по ведению рукопашного боя по распоряжению начальника штаба Приволжско-Уральского военного округа (ПУрВО) генерал-лейтенанта Владимира Чиркина проводится по методике, разработанной Сергеем и Виталием Тыщенко. Применение именно этой системы подготовки в особой воинской части обусловлено рядом причин, причем далеко не сугубо армейского свойства. Тем более что выбор у командования ПурВО был самым широким.

Как когда-то футбольные поля и хоккейные коробки, в крупных городах Поволжья как грибы выросли клубы, ассоциации разномастных боевых искусств, течений рукопашного боя. Только в Самаре еще не так давно действовало более ста секций, обучающих технике единоборств. Мода на Восток сделала свое дело: к увлечению азиатской философией, культурой, искусством непременно должна была добавиться и приверженность восточным единоборствам. Пока сенсеи с одержимостью проповедников нового учения сеяли в отечественную почву семена кекусинкай, таэквондо и иных видов и стилей таинственных и потому притягательных единоборств, складывалось впечатление, что Россия – tabula rasa для боевых искусств. Но отсутствие пророка боевых искусств в родном отечестве продлилось недолго. Точнее, оказалось ошибочным.

Не только в древних летописях сохранилось довольно подробное и образное описание русского рукопашного боя. Сбереженными десятками поколений оказались сами приемы, которыми древние воины побеждали врагов-соперников. Разумеется, десять веков истории земли русской не прошли даром, и сегодня аутентичный поединок князя Мстислава с кавказским противником Редедей (см. «Поединки на Руси») можно увидеть лишь в виде игры-реконструкции. Силовые приемы русских богатырей, броски, захваты переработали современные авторы – теоретики и практики силовых единоборств.

Авторская система русского стиля рукопашного боя «Воинское отечественное искусство» (ВОИН) – одна из трех сертифицированных в России и признанная в семи странах мира. Об отличительных особенностях системы и исторических корнях ее, о той философии, что сопутствует возрождению русского воинского искусства, журналу «Эксперт Волга» рассказывает один из разработчиков ВОИНа, президент межрегиональной ассоциации отечественных боевых искусств Сергей Тыщенко.

Армейский аутсорсинг

— Почему командование ПурВО рекомендовало самарскому спецназу ГРУ именно вашу систему? Разве проверенное временем самбо уже выработало свой ресурс?

— Разработанное советскими мастерами Спиридоновым, Ощепковым, Харлампиевым самбо развивалось, пока было боевым. Но когда его загнали на ковер, придали чисто спортивный статус, убрав 60−70 процентов наиболее сильных и эффективных болевых элементов, оно перестало развиваться. Хотя это не отменяет уважения к каноническому самбо и его создателям. Наша система ВОИН основана на элементах славянских единоборств, многоступенчата и предназначена для решения множества задач. Техника ведения боя в подъезде, лифте, на лестничной площадке, в любом другом месте нападения имеет разные степени сложности. Но в любом случае, чтобы ими овладеть, не нужно обладать недюжинной силой. На тренировках я обучаю концентрации воли, психологической готовности дать отпор противнику, навязать ему свою тактику боя, и все это — чтобы победить. Наша система построена на мобильности и экономности движений того, кто ее осваивает. Чем еще спецназ может превзойти профессионального противника? На мой взгляд, это стало очевидным для командования бригадой. Так я стал работать с ребятами, которые имеют и боевой опыт в горячих точках.

— И эти горячие парни слушаются штатского тренера?

— Ну, если коснуться моей воинской службы, то я с ними из одной профессиональной среды. Так что общий язык с учениками в погонах мне искать не приходится.

Русский стиль

— Что значит позиционирование ВОИНа как системы именно отечественного рукопашного боя? Дань патриотическим настроениям? Почему не назвать просто «система Тыщенко»?

— Русский рукопашный бой представляется в первую очередь как нечто этнографическое: косоворотки, масленичные поединки, былинные богатыри… За всей этой эстетической стороной на заднем плане остается суть, корни отечественного искусства борьбы. А для специфики боя важно все, даже климат.

На Руси природа всегда была более суровая, чем, например, в Японии или Китае. Чтобы жить, у нас традиционно в большом количестве употреблялось в пищу больше мяса (белок), а на Востоке – риса (углеводы). В связи с этим и физиологическое строение воинов различалось: рослые, широкоплечие русичи, китайцы – невысокие, жилистые. С опорой на физиологию приживались и способы самозащиты: китайцы и японцы, не имея большой массы тела, не могли рассчитывать на сильные удары рукой. Потому в восточных единоборствах преимущество отдано ножным ударам. Гололед, снежные сугробы, теплая одежда наших предков препятствовали развитию их прыгучести (в отличие от выходцев из Африки и Южной Америки, прославившихся как сильнейшие боксеры). И так исторически можно проследить родословную каждого стиля. Где на средневековой Руси проходили главные битвы? Где строились города – у рек, озер. А то и на самой воде. Лед, вода сковывали ноги азиатских воинов и становились союзниками русского войска. Изучение географии, истории, физиологии позволяет и познать главные черты русского боевого искусства, и модернизировать их с учетом современных реалий.

Три года назад я был в Тель-Авиве по приглашению специалистов рукопашного боя, которые занимаются с израильским спецназом. Показывал, как освобождаться от «мертвого захвата» противника. Мне перевели после этого фразу коллеги: «Как же против вас, русских, работать?» Я ему ответил: «Против нас лучше не работать».

Я считаю, что у нашей системы нормальное название, тем более что в древности как раз тех, кто боролся с противником в рукопашном бою, и называли «вой» — воин в современном понятии.

— На пальцах, разумеется, не объяснить суть системы. Но хотелось бы представить, чем она интересна для спецназа?

— Тренировки спецназа – это лишь часть моей работы. В бригаде у меня группа из 60−70 человек. А есть еще примерно 1200 учеников. Не только моих. Почти за 10 лет работы в Самаре я подготовил 13 инструкторов, с которыми мы вместе работаем в самарских школах – с детьми и взрослыми. Их привлекает возможность чувствовать себя уверенными, возможность защититься, даже при нападении нескольких человек. Установка такова: неумелый противник сосредоточивает свою силу в одном месте, допустим, в ударе ладонью, а ты используешь все ресурсы. У хулигана может быть нож, а у тебя – обычная ручка, зонтик или вообще пустые руки. Но ты сумеешь увернуться и нанести решающий удар. Мы обучаем не приемам, а их элементам, рассчитывая на вариативность оборонительных действий, которые приводят в итоге к победе.

— Имея столько учеников, вы, вероятно, человек состоятельный?

— Материальное благополучие мне обещали, когда после службы в армии, еще в Оренбурге, где я тогда жил, меня зазывали к себе авторитетные товарищи определенного толка. Такой вариант деятельности исключался. У меня дед, Николай Иванович Тыщенко, командир морской пехоты, участник войны, – мой первый учитель рукопашного боя. Да он бы меня саперной лопаткой так отделал, узнай, что за службу мне прочат… В бригаде спецназа я работаю бесплатно. Точка.

Однажды получил премию в виде большой бутылки водки. Занимался у меня фермер, взрослый мужик. Не очень долго. Спустя несколько месяцев вдруг приезжает. «Ты меня спас!» — говорит. Неожиданно вернулся домой. Поднялся на крылечко. И боковым зрением увидел блеск металла. Сгруппировался молниеносно, как у меня на занятиях. Топор – мимо виска. Это «гости» в дом пожаловали. Хотели с боем прорваться. Не вышло. Повязал он их. Система сработала в чрезвычайной ситуации.

Но лучше все же обходиться без реального экстрима.

Нина Алпатова, редактор отдела культуры и общества журнала «Эксперт Волга»

«Эксперт Волга», 17-23 мая 2010г. №19 (704)